105. Однажды слуга, посланный одним придворным…

Однажды слуга, посланный одним придворным, принес мне ветку сливы. Цветы с нее уже осыпались.
К ветке была привязана краткая записка: «Что вы скажете на это?»
Я ответила всего два слова: «Осыпались рано».
Придворные, толпившиеся возле Черной двери, принялись скандировать китайскую поэму, из которой я взяла мой ответ:
На вершине горы Даюй *209Сливы давно облетели…
Услышав об этом, император соизволил заметить:
— Это лучше, чем сочинять обычную японскую танку. Умно и находчиво!

106. В последний день второй луны…

В последний день второй луны дул сильный ветер и с потемневших небес летел редкий снежок.
К Черной двери пришел дворцовый слуга и сказал мне:
— Явился к вам с поручением. Господин советник Кинто *210 посылает вам вот это письмо.
На листке для заметок было начертано заключительное двустишие танки:
И на один короткий мигСлегка повеяло весною.
В самом деле, слова эти отлично подходили к сегодняшней погоде, но как сочинить первую строфу? Я терялась в мыслях…
— Кто находился вместе с господином советником? — спросила я.
— Такой-то и такой-то… — стал перечислять слуга.
Все люди замечательные, стыдно осрамиться в глазах любого из них, но больше всего меня тревожил советник Кинто. Уж ему-то нельзя послать никуда не годные стихи!
Я почувствовала себя одинокой и потерянной. Мне захотелось показать записку императрице, но она удалилась на покой, с нею был император.
Посланный повторял:
— Скорее! Скорее!
«Мало того, что я пошлю скверные стихи, но еще и запоздаю… Куда это годится? А, будь что будет!» — подумала я и дрожащей рукой с трудом вывела начальную строфу:
В холодных небесах
Вишневым цветом притворился
Порхающий снежок…
«Что они подумают?» — терзалась я опасениями. Мне не терпелось узнать. Но если стихи мои разбранят, то, пожалуй, и узнавать не стоило бы…
Когда был получен мой ответ, среди присутствовавших находился начальник Левого отряда личной гвардии (бывший тогда в чине тюдзё). Он-то и рассказал
— Советник Тосиката *211 так оценил ваши стихи: «За это ее следовало бы возвести в ранг старшей фрейлины».

107. То, что кажется бесконечным

Длинная опояска, когда принимаешься ее вить для безрукавки-хампи *212.
Дальняя дорога, когда путник, идущий на север в Митиноку, проходит «Заставу встреч» — Осака.
Время, которое нужно для того, чтобы новорожденный вырос и достиг зрелых лет.
Сутра совершенной мудрости, когда начинаешь читать ее в одиночестве.

108. Масахиро — общая мишень для насмешек

Масахиро — общая мишень для насмешек. Каково это слушать его родителям!
Стоит людям заприметить, что Масахиро сопровождает слуга достойного вида, как уж непременно подзовут и спросят:
— Как ты можешь служить такому господину? О чем только ты думаешь?
В доме Масахиро все заведено наилучшим порядком: искусные руки наряжают его, и он всегда одет щеголевато, лучше других; шелка одежд подобраны со вкусом. Но люди только посмеиваются:
— Эх, если бы в этот наряд облачить кого-нибудь другого!
А как странно он выражается! Однажды он велел доставить домой вещи, которыми пользовался во время ночного дежурства во дворце.
— Пусть несут двое, — приказал он своим слугам.
— Я и один справлюсь, — вызвался кто-то из них.
— Чудной ты человек! — удивился Масахиро. — Как ты один взвалишь на плечи двойную ношу? Это все равно что в кувшин, вмещающий одну меру, налить две меры вина.
Никто не мог взять в толк его слова, и все залились смехом.
Другой раз посланный принес Масахиро письмо от кого-то и стал торопить с ответом.
— Ах ты неотвязный, чего суетишься? Горошины на очаге скачут, покоя не знают… А кто стащил из дворца тушь и кисти? Ну я еще понимаю, польстились бы на вино или закуску.
И снова общий смех.
Когда заболела императрица-мать, Масахиро был послан осведомиться о ее здравии. После того, как он вернулся, люди стали спрашивать:
— Кто сейчас находится у нее во дворце?
Он назвал четыре-пять имен.
— А еще кто?
— Да присутствовали и другие, но только они были в отсутствии.
Очередная нелепость!
Как-то раз, когда я была одна, он пришел ко мне и сказал:
— Послушайте, я должен вам кое о чем рассказать.
— О чем же? — осведомилась я.
Он приблизился вплотную к занавесу, разделявшему нас, но вместо обычных слов — как, например: «Придвиньтесь ближе!» — вдруг заявил:
— Придвиньте сюда все ваше существо целиком.
И насмешил всех дам.
Однажды ночью, во время первой луны, когда в разгаре были заседания, на которых распределялись государственные посты, Масахиро должен был наполнить маслом светильники во дворце.
Он наступил ногой на кусок ткани, подстеленной под высокий светильник. Ткань была свежепромаслена и прилипла к сапожку. Масахиро сделал шаг, светильник опрокинулся. А он продолжал идти, таща за собой светильник. Грохот был такой, словно случилось землетрясение.
Пока старший куродо не сядет к столу, никто из его подчиненных не смеет ни к чему прикоснуться, таков обычай. Однажды Масахиро потихоньку схватил чашку с бобами и стал поедать их, спрятавшись позади малой ширмы. Вдруг кто-то отодвинул ширму… Смеху конца не было!

109. То, что неприятно на взгляд

Когда шов, который должен находиться посреди спины, съехал набок или же когда не выправлен ворот.
Женщина, которая вышла с ребенком на спине, когда в гостях знатная персона.
Буддийский монах, который *213, надев себе на лоб бумажную шапочку заклинателя, совершает синтоистский обряд очищения.
Смуглая дурнушка в парике и обросший волосами мужчина, тощий и костлявый, в жаркую летнюю пору заснули на глазах у всех посреди белого дня. Знают ли они, какое зрелище являют собой? Некрасивые люди во сне становятся еще безобразней и потому должны спать ночью. В потемках их не разглядишь, да и притом все в доме спят. А вставать им лучше всего на рассвете, не оскорбляя ничьих глаз.
Красивая женщина кажется еще прелестней, когда она жарким летом проснется после полуденной дремоты. Не то будет с дурнушкой. Лицо у нее начнет лосниться, щеки оплывут… Когда двое, мужчина и женщина, уснувшие рядом, очнутся и увидят друг друга в ярком свете дня, о, тогда им и жить не захочется.
Тощий и смуглый человек выглядит очень невзрачным в тонком платье из шелка-сырца.

110. То, что неприятно произнести вслух

Слова какой-нибудь знатной персоны, приведенные в письме, которое надо прочитать во всеуслышание, ничего не опуская.
Нелегко высказать благодарность в ответ на подарок полученный тобой от того, чье высокое положение тебя смущает.
Твой сын, в глазах матери еще ребенок, неожиданно задаст тебе такой вопрос, что слова не идут с языка.

111. Заставы *214

Заставы Сума, Судзука, Кукита, Сиракава — «Белая река», Коромо «Одежда». Я думаю, нельзя и сравнивать заставу Тадагоэ — «Легко миновать» — с заставой Хабакари — «Страх».
Заставы Ёкохасири — «Бег наперерез», Киёми — «Чистый взгляд», Мирумэ — «Видящий глаз».
Застава Ёсиёси — «С меня довольно». Хотела бы я узнать, почему путник вдруг раздумал идти дальше. Кажется, эту самую заставу называют еще Накосо — «Не приходи».
«Застава встреч» — Осака. Как должно быть тяжело на душе, если ты ждал там напрасно!

112. Леса

Лес Укита — «Плывущее поле». Лес Уэки — «Посаженные деревья». Лес Ивасэ — «Поток, бегущий по камням». Лес Татигики — «Стоит, прислушиваясь».

113. Равнины

Равнина Асита — «Поле, поросшее тростником». Равнины Авадзу, Синохара — «Поле мелкого бамбука», Хагихара — «Поле кустов хаги», Сонохара «Поле — цветущий сад».

114. В конце четвертой луны.

В конце четвертой луны мы совершили паломничество к храму Хацусэ. На переправе Ёдо *215 наш экипаж поместили на паром. Мы думали, что у водяного риса *216 и речного аира стебли совсем короткие, но, к нашему удивлению, когда мы велели слугам нарвать их, они оказались очень длинными.
Мимо проплывали лодки, нагруженные водяным рисом… Любопытное и красивое зрелище! Это, верно, о таких лодках поется в песне: «На реке Такасэ-но Ёдо *217…»
Когда мы возвращались домой на третий день следующей луны, шел сильный дождь.
Мальчики срезали аир, на них были маленькие плетеные шляпы, подолы подоткнуты, ноги обнажены выше колен. Это напоминало картину на ширмах.

115. То, что поражает слух сильнее обычного

Стук экипажей в первый день Нового года, крики птиц, чей-то кашель на заре этого дня. И уж само собой, звуки музыкальных инструментов.

116. То, что выглядит на картине хуже, чем в жизни

Гвоздики. Аир. Цветы вишен.Мужчины и женщины, красоту которых восхваляют в романах.

117. То, что выглядит на картине лучше, чем в жизни

Сосны. Осенние луга. Горное селенье. Тропа в горах.

118. В зимнюю пору должна царить сильная стужа…

В зимнюю пору должна царить сильная стужа, а в летнюю — невыносимая жара.


*209 На вершине горы Даюй… — строка из стихотворения, написанного на китайском языке японским поэтом Ки-но Хасэо (851—912). Гора Даюйлин в Китае славилась цветением декоративных слив — мэйхуа.
*210 Господин советник Кинто — Фудзивара-но Кинто (966—1041), крупный деятель культуры. Был известным поэтом, составителем антологий, музыкантом и каллиграфом.
*211 Советник Тосиката — Минамото-но Тосиката (960—1027), известный поэт.
*212 Хампи — род короткой узкой безрукавки, носилась между верхней и нижней одеждой. Опояской служил шнур метра в три длиною.
*213 Буддийский монах, который… — То, что он совершает обряд другой (синтоистской) религии в не подобающем ему облачении, кажется странным и оскорбляет глаза.
*214 Заставы. — Устанавливались на границах областей и на важнейших дорогах. На заставах совершался досмотр путников и их поклажи, а в военное время заставы служили для защиты. Ночью ворота запирались.
*215 На переправе Ёдо… — Переправа через реку Ёдо в уезде Такасэ.
*216 …у водяного риса… — Водяной рис широколистый. Из него плели циновки.
*217 «На реке Такасэ-но Ёдо…» — Слова из народной песни сайбара: «Изголовье — рис водяной. На реке Такасэ-но Ёдо Я срезал этот рис водяной. Пусть уносит меня волна, Безмятежно я отдохну».