291. Однажды вечером *395 дайнагон Корэтика…

Однажды вечером дайнагон Корэтика стал почтительно докладывать императору о китайских классиках и, как всегда, задержался в покоях государя до поздней ночи.
Придворные дамы удалились одна за другой, чтобы прилечь где-нибудь за ширмами или занавесом и соснуть немного.
Я осталась в одиночестве бороться с одолевавшей меня дремотой.
Слышу, ночной страж возгласил:
— Час Быка, последняя четверть..!
«Уже светает», — сказала я про себя.
— О, если так, — заметил дайнагон, — вам, государь, незачем ложиться в постель.
Он даже и не помышлял о том, что надо идти спать.
«Вот горе! Что он говорит? — ужаснулась я. — Были бы здесь другие дамы, кроме меня, я бы уж как-нибудь ухитрилась незаметно прилечь на отдых».
Между тем государь вздремнул, прислонившись к колонне.
— Нет, вы только посмотрите на него! — воскликнул дайнагон. — На дворе утро, а он изволил опочить.
— В самом деле! — смеясь, вторила брату императрица. Но государь не слушал их.
Случилось так, что девушка, бывшая на побегушках у старшей служанки, поймала накануне петуха и спрятала у себя в клетушке.
«Утром отнесу своим в деревню», — думала она.
Но собака приметила петуха и погналась за ним. Петух взлетел на высокую полку под потолком галереи и пронзительным криком перебудил всех во дворце.
Государь тоже очнулся от сна:
— Что это? Как попал сюда петух?
Дайнагон Корэтика продекламировал в ответ стих из китайской поэмы:
Будит криком *396 просвещенного монарха…
Великолепно! Даже у меня, скромной прислужницы, неискушенной в науках, глаза широко открылись от восторга. Дремоты как не бывало.
Император с императрицей тоже были восхищены.
— Цитата как нельзя более отвечает случаю, — говорили они.
В самом деле, такая находчивость поразительна!
На следующий вечер государыня удалилась в опочивальню императора. Посреди ночи я вышла в галерею позвать мою служанку.
Ко мне подошел дайнагон Корэтика.
— Вы идете к себе? Позвольте проводить вас.
Повесив церемониальный шлейф и китайскую накидку на ширмы, я пошла с ним.
В ярком сиянии луны ослепительно белел его кафтан. Шаровары были так длинны, что он наступал на них.
Иногда, схватив меня за рукав, он восклицал:
— Не упадите! — и осторожно вел дальше. По дороге дайнагон чудесно скандировал китайские стихи:
Путник идет вдаль *397 при свете ущербной луны.
Я вновь была до глубины души взволнована. Это заставило дайнагона засмеяться:
— Легко же вас привести в восторг таким пустяком.
Но как я могла остаться равнодушной?

292. Однажды, когда я находилась в покоях принцессы Микусигэдоно…

Однажды, когда я находилась в покоях принцессы Микусигэдоно вместе с Мама, кормилицей ее брата епископа Рюэн, к веранде подошел какой-то человек.
— Со мной приключилась страшная беда, — слезливо заговорил он. — Кому здесь могу я поведать о своем горе?
— Ну, в чем дело? — осведомилась я.
— Отлучился я из дому ненадолго, а за это время сгорел дотла мой домишко. Сперва занялся сарай с сеном для императорских конюшен, а стоял он совсем рядом, за плетнем. Огонь-то и перекинулся на мой домик. Так полыхнуло, чуть моя жена в спальне не сгорела. А добро все пропало, ничего спасти не удалось… — тягуче жаловался он.
Мы все начали смеяться, и принцесса Микусигэдоно тоже.
Я тут же сочинила стихотворение:
Только ли спальню спалит?Все подожжет без остаткаСолнце летнего дня:Сеновал и реки синий вал…Бегут огоньками побеги.
Бросив листок со стихами молодым фрейлинам, я попросила:
— Передайте ему!
Дамы с шумом и смехом сунули ему листок:
— Одна особа пожалела тебя, услышав, что ты погорел… Получи!
Проситель взял листок и уставился на него:
— Какая-то запись, не пойму! Сколько по ней мне причитается получить?
— А ты сперва прочти, — посоветовала одна из фрейлин.
— Как я могу? Я слеп на оба глаза.
— Покажи другим, а нам недосуг. Нас зовет императрица. Но о чем ты беспокоишься, скажи пожалуйста, получив такую замечательную бумагу?
Заливаясь смехом, мы отправились во дворец. Там мы рассказали обо всем императрице.
Этот человек, уж наверно, показал кому-нибудь листок со стихами. Можно вообразить, в какой он сейчас ярости!
Государыня, глядя на нас, тоже не могла удержаться от смеха:
— Ну, почему вы ведете себя так сумасбродно?

293. Один молодой человек лишился своей матери

Один молодой человек лишился своей матери. Его отец прежде очень любил сына, но с тех пор, как взял себе новую жену, по ее злобному наущению, совсем переменился к нему и даже не допускает в главные покои дома.
Лишь старая кормилица да родные покойной матери заботятся о том, чтобы он был пристойно одет.
В западном и восточном павильонах дома находятся красивые комнаты для гостей. Молодой человек живет в одной из них. Она богато убрана: есть в ней и ширмы, и сёдзи с картинами.
Во дворце к нему благосклонны. Люди говорят, что он исправен по службе. Сам император нередко зовет его и приглашает принять участие в концертах.
Но он вечно задумчив и печален, ничто для него не мило… В своем горе он предался самым пагубным страстям.
Есть у него младшая сестра, которую с беспримерной силой любит один из знатнейших сановников. Только ей рассказывает он о своих сердечных делах, и она для него в целом мире единственное утешение.

294. Некая придворная дама была в любовном союзе…

Некая придворная дама была в любовном союзе с сыном правителя провинции Тотоми. Услышав, что возлюбленный ее навещает другую фрейлину, служившую вместе с ней в одном дворце, она пришла в сильный гнев.
— «Я могу поклясться тебе головой своего отца! Все пустые сплетни. Я и во сне ее не видел», — уверял он меня. Что мне сказать ему? спрашивала дама своих, подруг.
Я сложила для нее следующее стихотворение:
Призови в свидетели боговИ отца — правителя Тотоми,Там, где мост построен Хамана,Но ужель, скажи мне, я поверю?Ты к другой давно построил мост.

295. Однажды я беседовала с одним мужчиной…

Однажды я беседовала с одним мужчиной в доме, где мне следовало опасаться нескромных глаз.
Сердце мое тревожно билось.
— Отчего вы так взволнованы? — спросил он меня, Я ответила ему:
Как на «Заставе встреч»
Невидимо бьет источник
В «Колодце бегущей воды»,
Так сильно бьется сердце мое.
Вдруг люди найдут потаенный ключ?

296. — Правда ли, что вы собираетесь уехать?..

— Правда ли, что вы собираетесь уехать в деревенскую глушь? — спросил меня кто-то. Вот что я сказала в ответ:
И в мыслях я не держуУйти в далекие горы,Где вечно шепчет сосна.Молва ли вам нашептала?Привиделось ли со сна?

297. То, что ночью кажется лучше, чем днем

Блестящий глянец темно-пурпурных шелков.
Хлопок, собранный на поле.
Волосы дамы, красивыми волнами падающие на высокий лоб.
Звуки семиструнной цитры.
Люди уродливой наружности, которые в темноте производят приятное впечатление.
Голос кукушки.
Шум водопада.


*395 Однажды вечером… — Время действия 992—994 гг., когда император был еще подростком. Дайнагон Корэтика иногда давал ему уроки.
*396 Будит криком… — В написанном по-китайски стихотворении японского поэта Мияко-но Ёсика (? — 879) говорится: «На рассвете ?Человек-петух? будит криком просвещенною монарха». «Человек-петух» (название должности) возвещал зарю, его головной убор был украшен гребнем петуха (древний китайский обычай). Мудрый царь вставал с зарей, чтобы браться за государственные дела.
*397 Путник идет вдаль… — Перефразированная строка из «Поэмы о рассвете» китайского поэта Цзя Дао (ок. 793—865).